И ещё я люблю, что мы там как будто одни, только я и Марина. И она со мной играет в разные игры. Она учит меня своему языку, а когда я запоминаю слово и показываю ей, что оно значит, она меня кормит вкусняшками. Это интересно и весело, но утомительно. Мне же надо много думать, сосредотачиваться. А ещё все эти слова почему-то означают какие-то мои действия, когда я должен замереть и не двигаться. А как же мне не двигаться, я же ребенок! Да ещё и тайский риджбек. Ох, трудная наука этот человеческий язык.

Ну вот, я опять отвлекся. Но я ж тайский риджбек, это моё.

Так вот, гуляли мы уже целый час и занимались всякими интересными делами, и тут дошли до собачьей площадки. Мы часто приходим на эту площадку зачем-то. Мне, честно говоря, не совсем понятно, зачем. Это странное место. Такая общая территория для любых собак, представляете? У меня мозг взрывается от такого! Зачем собакам общая территория? Мы же территориальные стайные животные, это противоречит нашей природе. Но люди считают, что нам это надо и водят нас туда регулярно, чтобы мы там знакомились и общались. Дикость какая-то...

Малыша звали Ник, а его опекуна Света. Это я понял из разговора Марины со Светой, я ж уже давно учу человеческий. Не балбес.

Света тоже очень обрадовалась и отпустила Ника ко мне, а Марина отпустила меня. Хотя я бы предпочел свалить оттуда. Я попытался объяснить это Марине - смотрел в глаза, отворачивался от Ника, смотрел в сторону выхода, но Марина была вся в общении со Светой, и мои сигналы не разглядела. Вообще и раньше были подобные случаи, когда Марина никак не хотела мне помогать при встречах с другими собаками, я уже уяснил на прошлом опыте, что помощи от нее вряд ли дождешься, опять придется разбираться самому.

Как бы мне хотелось, чтобы все было иначе! Чтобы Марина понимала мои знаки и помогала мне. Но люди предпочитают учить нас жить по своим правилам, нежели учить наш язык и этикет.

А Ник тем временем был тоже доволен моим появлением, он начал прыгать на меня радостно, приглашая играть. Я ему спокойно сказал, что играть не хочу, не в настроении я и устал, поворачиваясь к нему задом, отворачивая голову в стороны от малыша и облизываясь. Но то ли он перевозбудился от моего появления, то ли мама не успела у заводчика научить его собачьему языку, не знаю. Но он меня не понимал. Он все прыгал и прыгал на меня, и мои мягкие сигналы не помогали. Тогда я решил грубее сказать ему, чтоб отвалил. Когда он в очередной раз напрыгнул на меня сзади, я резко обернулся, увернулся от его наскока, поймал его за шкирку зубами, но не укусил, немного трепанул только, из-за чего Ник припал к земле, а потом решил сыграть в маленького, перевернулся на спину, выставил мне пузо и завилял хвостом. Лежащего не бьют, тем более щенка. Это я понимаю.

Я решил, что он меня понял, отвернулся и пошел от него, думая, куда бы мне уйти так, чтобы он меня не доставал. Но Ник и не думал сдаваться, он тут же подскочил, побежал за мной и снова напрыгнул. Вот ведь мелочь бестолковая, подумал я и повторил свой маневр снова. И Ник повторил свой с валянием на спине.

Я резко повернулся, опустил голову, поставил уши в настороженную позицию, оскалился, снова, в третий раз потрепал его за шкирку. И снова он использовал свою щенячью хитрость, показав мне пузико. Я придавил его слегка к земле, постоял над ним, тяжело и грозно дыша, чтобы он понял уже, играть я не собираюсь! И попытался убежать, лихорадочно соображая, как же избежать этого ненужного мне общения.
Какой же бестолковый щенок! Я так стараюсь избежать эскалации, так стараюсь, но я же тоже щенок, и я устал, терпение на исходе... Не подходи ко мне, не подходи больше, думал я, но этот Ник был, как назойливая муха, прилипчив.
Я снова почувствовал его дыхание сзади. Ну все, терпение лопнуло! Не понимаешь по-хорошему, придется тебя проучить!
Я резко развернулся и с рычанием набросился на Ника, ухватил его за шкирку, потрепал, потом начал обозначать укусы в шею. Дошло ли до него, что он не прав, не знаю. Ник начал по-щенячьи визжать, может быть тоже решил прибавить обороты к своей щенячьей позе, а может быть реально испугался. Я не успел выяснить, потому что наши опекуны наконец поняли, что игры нет, подскочили и растащили нас в стороны.